rrr

— Между H и E кварта.

— Между E и H квинта. И?

— Колокола.

— А ...

— Меду Е и А квинта, а между А и Е кварта. — Е. прищурила левый глаз посмотрев в полное света окно. Голубое небо у горизонта перетекала в серую грязь. Река искрилась от утреннего солнца. — Но если брать не святую... если взять Elga. Опять возвращаемся к ми.

Л. с чудовищным грохотом готовила завтрак. Кастрюли, сковородки падали на пол, что-то гудело и шипело.

— Или другое — Е. прищурила правый глаз — m. Мне первыми в голову приходят акценты, меццо-форте, меццо-пиано, но тут нет особого символизма.

— Мне тоже. — О. лежал на ковре с закрытыми глазами.

По комнате очень тихо тянулась музыка, нежная но простая последовательность звуков A, G, F, E, С.

— Кстати, мелодия в музыке...

— Да? — Е.

— Люди думают, или не думают, но это тоже думание, пусть будет. Процесс думания никак не привязан к объекту думания.

— Америка!

— Нет. Коллекции идей, которые составляет человек, его вкусы, если даже убрать все идиотские мотивы, когда эти коллекции создаются в корыстных целях, имеют, или не имеют вовсе отношения к тому как он думает, я имею ввиду координаты думания, насколько хорошо он думает.

— Смотри по берегу кто-то ходит! На них набедренные повязки!

— Ну хватит! — улыбнулся О. — у меня чувство, что мелодия очень схожа с качеством думания. В ней заложено природное качество организующее пространство, не важно какое пространство, любое. При этом в ней задана координата по направлению течения времени.

С кухни раздался визг Л. и звук разбивающегося стекла.

— Мысль превращается в мысль лишь будучи логичной. — Е. с лёгкой улыбкой, играя со светом бьющим по ресницам, прищурила левый глаз.

— Да. — О.

— Ты к чему ведешь то?

— Если бы проекция природы мышления кого-то человека, была такой же как проекция этой музыки. Если бы эта музыка была-бы чьим-то мышлением, по своему направлению и по форме...

— ... Если бы она носила лёгкие платья с цветочным орнаментам, березовые кольца, и улыбалась бы солнечно...

— Да.

— Да.

— Мелодии это как формы мышления людей, которых мы не увидим, не узнаем. И очень жаль.

В комнату вся измазанная в чём-то красном и вязком зашла Л.. Красные пятна на брюках, переднике, голых ступнях, на лице и в волосах.

— Ну, что. Пойдемте.

Одиннадцать двадцать два.